Библиотека одного автора

30 >

     Чичиков. Я  дивлюсь,  как  они  вам  десятками  не  снятся.  Из  одного
христианского человеколюбия хотел:  вижу,  бедная  вдова  убивается,  терпит
нужду. Да пропади она и околей со всей вашей деревней!
     Коробочка. Ах, какие ты забранки пригинаешь!
     Чичиков. Да не найдешь слов с  вами.  Право,  словно  какая-нибудь,  не
говоря дурного слова, дворняжка, что лежит на сене. И сама не ест, и  другим
не дает.
     Коробочка. Да чего ж ты рассердился так горячо? Знай я прежде,  что  ты
такой сердитый, я бы не прекословила. Изволь, я готова отдать за  пятнадцать
ассигнацией.

                               Гроза утихает.

     Первый. ...Уморила, проклятая старуха!
     Чичиков.  Фу,  черт!  (Отирает  пот.)  В  городе  какого-нибудь
поверенного  или  знакомого  имеете,  которого  могли  бы  уполномочить   на
совершение крепости?
     Коробочка. Как же. Протопопа отца Кирилла сын служит в палате.
     Чичиков. Ну, вот и отлично. (Пишет.) Подпишите. (Вручает  деньги.)  Ну,
прощайте, матушка.
     Коробочка. Да ведь бричка твоя еще не готова.
     Чичиков. Будет готова, будет.
     Селифан (в дверях). Готова бричка.
     Чичиков.  Что  ты,  болван,  так  долго  копался?  Прощайте,  прощайте,
матушка. (Выходит.)
     Коробочка (долго крестится).  Батюшки...  Пятнадцать  ассигнацией...  В
город надо ехать... Промахнулась,  ох, промахнулась я, продала втридешева. В
город надо ехать... Узнать, почем ходят мертвые души. Фетинья! Фетинья!

                             Фетинья появилась.

Фетинья,  вели закладывать... в город ехать... стали покупать... Цену узнать
нужно!..

                                  Занавес

АКТ ТРЕТИЙ

КАРТИНА ВОСЬМАЯ

       За занавесом слышен взрыв медной музыки. Занавес открывается.
     Ночь. Губернаторская столовая. Громадный стол. Ужин. Огни. Слуги.

     Губернаторша. Так вот вы как, Павел Иванович, приобрели!

Следующая

30 >