Библиотека одного автора

33 >

прокурор?  Уж  ты, брат, ты, ты... Я не отойду от тебя, пока не узнаю, зачем
ты  покупал  мертвые  души.  Послушай,  Чичиков, ведь тебе, право, стыдно. У
тебя,  ты сам знаешь, нет лучшего друга, как я. Вот и его превосходительство
здесь...  Не правда ли, прокурор?.. Вы не поверите, ваше превосходительство,
как  мы  друг к другу привязаны... То есть просто, если бы вы сказали, вот я
здесь  стою,  а вы бы сказали: "Ноздрев, скажи по совести, кто тебе дороже -
отец  родной или Чичиков?" Скажу - Чичиков, ей-богу! Позволь, душа, я влеплю
тебе  один  безе.  Уж  вы позвольте, ваше превосходительство, поцеловать мне
его...  Да,  Чичиков,  уж  ты не противься, одну безешку позволь напечатлеть
тебе в белоснежную щеку твою...

    Чичиков приподнимается с искаженным лицом, ударяет Ноздрева в грудь.
                               Тот отлетает.

Один безе. (Обнимает губернаторскую дочку и целует ее.)

              Дочка пронзительно вскрикивает. Гул. Все встают.

     Губернатор. Это уже ни на что не похоже. Вывести его!

              Слуги начинают выводить Ноздрева и Мижуева. Гул.

     Ноздрев (за сценой). Зять мой! Мижуев!

Губернатор  дает  знак  музыке. Та начинает туш, но останавливается. Чичиков
начинает  пробираться  к  выходу.  Дверь  открывается,  и  в  ней появляется
           булава швейцара, а затем Коробочка. Гробовое молчание.

     Коробочка. Почем ходят мертвые души?

                      Молчание. Место Чичикова пусто.

                                  Занавес


КАРТИНА ДЕВЯТАЯ

     Первый (перед занавесом). ...Весь город заговорил про  мертвые  души  и
губернаторскую дочку. Про Чичикова и мертвые души. Про губернаторскую  дочку
и Чичикова. И все, что ни есть, поднялось. Как  вихорь,  взметнулся  дотоле,
казалось, дремавший город. Показался какой-то Сысой Пафнутьевич и Макдональд
Карлович, о которых и не слышно было никогда. В гостиных  заторчал  какой-то

Следующая

33 >