Михаил Булгаков. Собачье сердце -
46 >
Сухаревки и будут строго наказаны". - О каком, к черту, марсианине? Ведь это
- кошмар.
******
Еще лучше в "вечерней" - написали, что родился ребенок, который играет
на скрипке. Тут же рисунок - скрипка и моя фотографическая карточка и под
ней подпись: "проф. ПреображенсКий, делавший кесарево сечение у матери". Это
- что-то неописуемое... Он говорит новое слово "милиционер".
******
Оказывается, Дарья Петровна была в меня влюблена и свистнула карточку
из альбома Филиппа Филипповича. После того, как прогнал репортеров, один из
них пролез на кухню и т.д.
******
Что творится во время приема! Сегодня было 82 звонка. Телефон выключен.
Бездетные дамы с ума сошли и идут...
******
В полном составе домком во главе со Швондером. Зачем - сами не знают.
8 Января. Поздним вечером поставили диагноз. Филипп Филиппович, как
истый ученый, признал свою ошибку - перемена гипофиза дает не омоложение, а
полное очеловечение (подчеркнуто три раза). От этого его изумительное,
потрясающее открытие не становится ничуть меньше.
Тот сегодня впервые прошелся по квартире. Смеялся в коридоре, глядя на
он проследовал в кабинет. Он стойко держится
на задних лапах
сложенного мужчины.
Смеялся в кабинете. Улыбка его неприятна и как бы искусственна. Затем
он почесал затылок, огляделся и я записал новое отчетливо
произнесенное слово: "буржуи". Ругался. Ругань эта методическая,
беспрерывная и, по-видимому, совершенно бессмысленная. Она носит несколько
фонографический характер: как будто это существо где-то раньше слышало
бранные слова, автоматически подсознательно занесло их в свой мозг и теперь
изрыгает их пачками. А впрочем, я не психиатр, черт меня возьми.
На Филиппа Филипповича брань производит почему-то удивительно тягостное
впечатление. Бывают моменты, когда он выходит из сдержанного и холодного