Михаил Булгаков. Собачье сердце -
60 >
взмахнул, как будто в танце, и тотчас просочился в узкую щель на черную
лестницу. Щель расширилась, и кот сменился старушечьей физиономией в платке.
Юбка старухи, усеянная белым горохом, оказалась в кухне. Старуха
указательным и большим пальцем обтерла запавший рот, припухшими и колючими
глазами окинула кухню и произнесла с любопытством:
- О, господи иисусе!
Бледный Филипп Филиппович пересек кухню и спросил старуху грозно:
- Что вам надо?
- Говорящую собачку любопытно поглядеть, - ответила старуха заискивающе
и перекрестилась.
Филипп Филиппович еще более побледнел, к старухе подошел вплотную и
шепнул удушливо:
- Сию секунду из кухни вон!
Старуха попятилась к дверям и заговорила, обидевшись:
- Что-то уж больно дерзко, господин профессор.
- Вон, я говорю! - Повторил Филипп Филиппович и глаза его сделались
круглыми, как у совы. Он собственноручно трахнул черной дверью за старухой,
- Дарья Петровна, я же просил вас!
- Филипп Филиппович, - в отчаяньи ответила Дарья Петровна, сжимая
обнаженные руки в кулаки, - что же я поделаю? Народ целые дни ломится, хоть
все бросай.
Вода в ванной ревела глухо и грозно, но голоса более не было слышно.
Вошел доктор Борменталь.
- Иван Арнольдович, убедительно прошу... Гм... Сколько там пациентов?
- Одиннадцать, - ответил Борменталь.
- Отпустите всех, сегодня принимать не буду.
Филипп Филиппович постучал костяшкой пальца в дверь и крикнул:
- Сию минуту извольте выйти! Зачем вы заперлись?
- Гу-гу! - Жалобно и тускло ответил голос Шарикова.
- Какого черта!.. Не слышу, закройте воду.
- Гау! Гау!..
- Да закройте воду! Что он сделал - не понимаю... - Приходя в
исступление, вскричал Филипп Филиппович.
Зина и Дарья Петровна, открыв дверь, выглядывали из кухни. Филипп
Филиппович еще раз прогрохотал кулаком в дверь.