Михаил Булгаков. Бег -
17 >
разрешения и содействия вашего превосходительства к тому, чтобы их
срочно протолкнуть в Севастополь.
Хлудов (мягко). А какой именно груз?
Корзухин. Экспортный пушной товар, предназначенный за границу.
Хлудов (улыбнувшись). Ах, пушной экспортный! А в каких составах груз?
Корзухин (подает бумагу). Прошу вас.
Хлудов. Есаул Голован! Составы, указанные здесь, выгнать в тупик, в керосин
и зажечь!
Голован, приняв бумагу, исчез.
(Мягко). Покороче, третий вопрос?
Корзухин (столбенея). Положение на фронте?..
Хлудов (зевнув). Ну какое может быть положение на фронте! Бестолочь! Из
пушек стреляют, командующему фронтом печку с угаром под нос подсунули,
кубанцев мне прислал главнокомандующий в подарок, а они босые. Ни
ресторана, ни девочек! Зеленая тоска. Вот и сидим на табуретах, как
попугаи. (Меняя интонацию, шипит.) Положение? Поезжайте, господин
Корзухин, в Севастополь и скажите, чтобы тыловые гниды укладывали
чемоданы! Красные завтра будут здесь! И еще скажите, что заграничным
шлюхам собольих манжет не видать! Пушной товар!
Корзухин. Неслыханно! (Травленно озирается.) Я буду иметь честь доложить об
этом главнокомандующему.
Хлудов (вежливо). Пожалуйста.
Корзухин (пятясь, уходит к боковой двери, по дороге спрашивает). Какой поезд
будет на Севастополь сейчас?
Никто ему не отвечает. Слышно, как подходит поезд.
Начальник станции (мертвея, предстает перед Хлудовым). С Кермана-Кемальчи
особое назначение!
Хлудов. Смирно! Господа офицеры!
Вся ставка встает. В тех дверях, из которых выходил
Корзухин, появляются двое конвойных казаков в малиновых
башлыках, вслед за ними белый главнокомандующий в
заломленной на затылок папахе, длиннейшей шинели, с
кавказской шашкой, а вслед за ним высокопреосвященнейший
