Михаил Булгаков. Бег -
2 >
Проститутка-красавица.
Грек-донжуан.
Антуан Грищенко, лакей Корзухина.
Монахи, белые штабные офицеры, конвойные казаки белого
главнокомандующего, контрразведчики; казаки в бурках; английские,
французские и итальянские моряки; турецкие и итальянские полицейские,
мальчишки турки и греки, армянские и греческие головы в окнах; толпа в
Константинополе.
Сон первый происходит в Северной Таврии в октябре 1920 года.
Сон второй, третий и четвертый - в начале ноября 1920 года в Крыму.
Пятый и шестой - в Константинополе летом 1921 года.
Седьмой - в Париже осенью 1921 года.
Восьмой - осенью 1921 года в Константинополе.
...Мне снился монастырь...
Слышно, как хор монахов в подземелье поет глухо:
"Святителю отче Николае, моли бога о нас..." Тьма, а
потом появляется скупо освещенная свечечками,
прилепленными у икон, внутренность монастырской церкви
Неверное пламя выдирает из тьмы конторку, в коей продают
свечи, широкую скамейку возле нее, окно, забранное
решеткою, шоколадный лик святого, полинявшие крылья
серафимов, золотые венцы. За окном - безотрадный
октябрьский вечер с дождем и снегом. На скамейке,
укрытая с головой попоной, лежит Барабанчикова. Химик
Махров, в бараньем тулупе, примостился у окна и все
силится в нем что-то разглядеть. В высоком игуменском
кресле сидит Серафима, в черной шубе. Судя по лицу,
Серафиме нездоровится. У ног Серафимы, на скамеечке,
рядом с чемоданом, Голубков, петербургского вида молодой
человек в черном пальто и в перчатках.
