Библиотека одного автора

59 >

СОН ВОСЬМОЙ И ПОСЛЕДНИЙ

                                 ...Жили двенадцать разбойников...

          Константинополь.  Комната  в  коврах,  низенькие диваны,
          кальян.  На заднем плане - сплошная стеклянная стена и в
          ней    стеклянная    дверь.    За    стеклами   догорает
          константинопольский    минарет,    лавры    и   вертушка
          тараканьего   царя.   Садится   осеннее  солнце.  Закат,
                                  закат...

Хлудов (один в комнате, сидит на полу, на ковре, поджав ноги  по-турецки,  и
     разговаривает с кем-то).  Ты  достаточно  измучил  меня,  но  наступило
     просветление. Да, просветление. Пойми, я согласен. Но  ведь  нельзя  же
     забыть, что ты не один возле меня. Есть живые, повисли на моих ногах  и
     тоже требуют. А? Судьба с той ночи завязала их в один узел со мной.  Мы
     выбросились вместе через звенящие мглы, и  их  теперь  не  отделить  от
     меня. Я с этим примирился. Одно мне непонятно.  Ты?  Как  ты  отделился
     один от длинной цепи лун и фонарей? Как ты ушел от вечного покоя?  Ведь
     ты был не один. О нет, вас много было! (Бормочет.) Ну, помяни,  помяни,
     помяни,  господи...  а  мы  не  будем  вспоминать.  (Думает,   стареет,
     поникает.) На чем мы остановились? Да, итак,  все  это  я  сделал  зря.
     (Думает.) А потом что было? Потом -  просто  мгла,  и  мы  благополучно
     ушли. А потом зной, и все вертятся карусели каждый день,  каждый  день.
     Но ты, ловец, в какую даль проник за мной и вот меня  поймал  в  мешок,
     как в невод? Не мучь же более меня! Пойми, что я решился. Клянусь. Вот.

                               Стук в дверь.

     (Настороженно.) Кто там?
Серафима (за дверью). Это я.

                          Хлудов открывает дверь.

     Можно войти? Простите.
Хлудов. Пожалуйста.
Серафима. Что, Роман Валерьянович, опять?

Следующая

59 >