Михаил Булгаков. Мастер и Маргарита (Черновые редакции романа) -
27 >
душу.
Но никто, никто из плясавших еще не знал, что ожидает их!
В десять минут первого фокстрот грохнул и прекратился, как будто кто-то
нож всадил в сердце пианиста, и тотчас фамилия "Берлиоз" запорхала по
ресторану. Вскакивали, вскрикивали, кто-то воскликнул: "Не может быть!" Не
обошлось и без некоторой ерунды, объясняемой исключительно смятением. Так,
кто-то предложил спеть "Вечную память", правда, вовремя остановили. Кто-то
воскликнул, что нужно куда-то ехать. Кто-то предложил послать коллективную
телеграмму. Тут же змейкой порхнула сплетня и как венчиком обвила покойного.
Первая - неудачная любовь. Акушерка Кандалаки. Аборт. Самоубийство (автор -
Боцман-Жорж).
Второе - шепоток: впал в уклон.........................................
Если бы Степе Лиходееву в утро второго июля сказали: "Степа, тебя
расстреляют, если ты не откроешь глаз!" - Степа ответил бы томным и хриплым
голосом:
- Расстреливайте, я не открою.
Ему казалось, что сделать это немыслимо: в голове у него звенели
колокола, даже перед закрытыми глазами проплывали какие-то коричневые пятна,
и при этом слегка тошнило, причем ему казалось, что тошнит его от звуков
маленького патефона. Он старался что-то припомнить. Но припомнить мог только
одно, что он стоит с салфеткой в руке и целуется с какой-то дамой, причем
этой даме он обещал, что он к ней придет завтра же, не позже двенадцати
часов, причем дама отказывалась от этого, говорила: нет, не приходите.
- А я приду, - говорил будто бы Степа.
Ни который час, ни какое число, - этого Степа не мог сообразить.
Единственно, что он помнил, это год, и затем, сделав все-таки попытку
приоткрыть левый глаз, убедился, что он находится у себя и лежит в постели.
Впрочем, он его тотчас же и закрыл, потому что был уверен, что если он
