Михаил Булгаков. Черновики: Черный маг, Копыто инженера -
71 >
товарищей проводит вас домой, в постельку...
- Ты, - заговорил Иван и стукнул зубами, - понимаешь, что Берлиоза убил
инженер! Или нет? Понимаешь, арамей?
- Товарищ Безродный! Помилуйте, - ответило лицо.
- Нет, не помилую, - тихо ответил Иван и, размахнувшись широко, ударил
лицо по морде.
Тут догадались броситься на Ивана. Он издал визг, отозвавшийся даже на
бульваре. Окна в домиках, окаймляющих сад с поэтом, стали открываться.
Столик с икрой, с листьями и с бутылкой Абрау рухнул, взлетели босые ноги,
кто-то упал в обморок.
В окошке возникла голова фурии, закричала:
- Царица небесная! Когда же будет этому конец? Когда, когда, наконец,
власть закроет проклятый "Шалаш"! Дети оборались, не спят - каждый вечер в
"Шалаше" скандал...
Мощная и волосатая рука сгребла фурию, и голова ее провалилась в окне.
В то время, когда на веранде бушевал неслыханный еще скандал, в
раздевалке командир брига стоял перед швейцаром.
- Ты видел, что он в подштанниках? - спросил холодно пират.
- Да ведь, Арчибальд Арчибальдович, - отвечал швейцар трусливо, но и
нагловато бегая глазами. Они ведь члены Описа...
- Ты видел, что он в подштанниках? - хладнокровно спросил пират.
Швейцар замолк, и лицо его приняло тифозный цвет. Наглость в глазках
потухла. Ужас сменил ее. Он снизу вверх стал смотреть на командира. Он видел
ясно, как черные волосы покрылись шелковой косынкой. Исчез фрак, за ременным
поясом возникли пистолеты. Он видел безжалостные глаза, черную бороду,
слышал предсмертный плеск волны у борта брига и наконец увидел себя висящим
с головой набок и высунутым до плеча языком на фок-марс-рее, черный флаг с
мертвой головой. Океан покачивался и сверкал. Колени швейцара подогнулись,
но флибустьер прекратил пытку взглядом.
- Ох, Иван, плачет по тебе биржа труда, Рахмановский милый переулок, -