Михаил Булгаков. Последние дни (Пушкин) -
24 >
господину барону Геккерену, Невский проспект.
Дубельт. Битков! (Протягивает руку.) Письмо, письмо мне сюда! Подай на
полчаса.
Битков. Ваше превосходительство, как же так - письмо? Сами посудите -
на мгновенье заскочишь в кабинет, руки трясутся. Да ведь он придет - письма
хватится. Ведь это риск!
Дубельт. Жалованье получать у вас ни у кого руки не трясутся. Точно
узнай, когда будет доставлено письмо, кем, и кем будет в посольстве принято,
и кем будет доставлен ответ. Ступай.
Битков. Слушаю. Ваше превосходительство, велите мне жалованье выписать.
Дубельт. Жалованье? За этого Джука с тебя еще получить следует. Ступай
к Василию Максимовичу, скажи, что я приказал выписать тридцать рублей.
Битков. Что же тридцать рублей, ваше превосходительство. У меня
детишки...
Дубельт. "Иуда искариотский иде ко архиереям, они же обещаша сребреники
дати..." И было этих сребреников, друг любезный, тридцать. В память его всем
так и плачу.
Битков. Ваше превосходительство, пожалуйте хоть тридцать пять.
Дубельт. Эта сумма для меня слишком грандиозная. Ступай и попроси ко
мне Ивана Варфоломеевича Богомазова.
Битков уходит. Входит Богомазов.
Богомазов. Ваше превосходительство, извольте угадать, что за бумага?
Дубельт. Гадать грех. Это копия письма к Геккерену.
Богомазов. Леонтий Васильевич, вы колдун. (Подает бумагу.)
Дубельт. Нет, это вы колдун. Как же это вы так искусно?
Богомазов. Черновичок лежал в корзине, к сожалению, неполное.
Дубельт. Благодарю вас. Отправлено?
Богомазов. Завтра камердинер повезет.
Дубельт. Еще что, Иван Варфоломеевич?
Богомазов. Был на литературном завтраке у Салтыкова.
Дубельт. Что говорит этот старый враль?
Богомазов. Ужас! Государя императора называет le grand bourgeois...
(Вынимает бумагу.) И тогда же Петя Долгоруков дал списать...
