Михаил Булгаков. Сборник. Статьи, рассказы, наброски -
49 >
бежали, они уже на пароходах. Вы здесь одни, последние. Ты совершил свой
путь, пришел твой час расплаты! Освободи дорогу, белый! Даешь нам Черное
море!
Цепь красных. Даешь нам Черное море!
Брегге. Он прав. Он прав. (Грозит куда-то кулаком.) О, сволочь тыловая!
Марковцы, за мной! (Стреляет себе в висок.)
За ним стреляются Немилое и Астров.
Офицерская рота (бросает винтовки, подымает руки). Сдаемся! Сдаемся!
Сдаемся!
Комдив. Бойцы, смотрите, марковцы сдались!
Цепь красных. Марковцы сдались!
Комдив. Свободен путь! Вперед! Крым наш! Вперед! Там море, море!
Цепь красных. Даешь нам море, море!
Красные валом бросились. Послышалась гармоника, обрывки песий. Вал красных
смял офицерскую роту, она исчезла. Красные побежали. Снег пошел гуще. Пауза.
Потом из снега и тумана запели гармоники, послышалась песня, показалась
кавалерийская часть. Впереди ее едет верхом командир конной армии. В
отдалении, сгорбившись, едет Михайлов.
Занавес.
Конец II акта
Дворец в Севастополе. Вечер. Камин.
Белый главком (один, у камина). Итак, все кончено. Войне конец, пришел
конец бесславный. О, мученье! И надо мне уйти с земли, напрасно орошенной
кровью. И нет иной земли... Туда, на море, а потом в безвестный путь... О,
предки славные мои, не раз в боях прошедшие Европу, вы видели страдания
мои... Уйти навек! (Пауза.) Но нет, предчувствие говорит, что я еще вернусь,
нет, я еще приду! Наполнится море пушечным грохотом, это вернутся мои
корабли. И небо загудит, в нем полетят мои аэропланы, и берег покроется
щетиной стальной. Придет, придет день долгожданного счастья! В столице
шпалерами станут войска, услышу я звон колокольный, услышу я тяжкий салют.
