Михаил Булгаков. Сборник. Статьи, рассказы, наброски -
98 >
верят все, что мы дадим вам возможность совершить те путешествия, которые
вам будут интересны. Я обещаю вам это. Но вы совершите их вместе с нами.
Человечество поставит вам памятник! О, Рейн! Вы только подумайте, какую
чудовищную пользу вы принесете людям. Мы обследуем иные века и возьмем из
них все, что нужно. Я не могу сравниться с вами, мой драгоценный! Я
посредственность, но я кое-что знаю и пылаю при одной мысли о проникновении
во время. Как велик радиус действия машины? Я надеюсь, что она не может бить
по бесконечности? Надеюсь, потому что мой мозг не вместил бы этого, я сошел
бы с ума!
Рейн. Конечно, не бесконечен. Я полагаю, примерно лет четыреста.
Радаманов. А от нашей, значит, тоже на четыреста... А от той, куда мы
прилетим, еще на четыреста... О, Рейн! Мы, возможно, еще при нашей жизни
увидим замерзающую землю и над ней тусклый догорающий шар солнца... О, Рейн!
Рейн. Я понял. Мне интересно, как же вы всетаки осуществите контроль
надо мной? Чтобы вы ни говорили, а ведь вам придется прибегнуть к насилию. Я
ведь варвар... Милиционера вы, что ли, приставите ко мне?
Радаманов. Обидел, обидел. Единственный экземпляр милиционера в Москве
находится в пятом проспекте Голубой Вертикали, во втором этаже, шестой
шкаф... да, да, Аврора затащила меня... он восковой, душечка моя золотая, и
платье его пропитано нафталином... Душистый мой ананас... не обижайтесь, так
маленькой меня называла Аврора... вы возбуждаете во мне нежность!..
Рейн. Ананас интересуется вопросом о том, как вы осуществите контроль?
Радаманов. Единственным способом, какой мы применили бы ко всякому, в
том числе и ко мне. Вы, пушистый коврик, по выражению той же Авроры, вы
обнимете меня, вынете механизм, сдадите его мне, я запру его в кассу, а
завтра с утра мы вам дадим подручных инженеров. Они будут глядеть вам в
глаза, Рейн! О такой славе, как ваша, никто не мечтал на земле... Впрочем,
