Михаил Булгаков. Мастер и Маргарита (переписанные главы) -
46 >
председатель домового комитета. Попросим его!
И тут громовой аплодисмент потряс ярко освещенный зал.
Никанор Иванович странно удивился, а молодой человек поманил его
пальцем, и Никанор Иванович, не помня себя, очутился на сцене. Тут ему в
глаза ударил яркий цветной свет снизу, из рампы.
- Ну, Никанор Иванович, покажите нам пример, - задушевно заговорил
молодой человек, - и сдавайте валюту.
Зал затих.
Тут Никанор Иванович вспомнил все те страстные, все убедительные слова,
которые он приготовил, пока влекся в тюрьму, и выговорил так:
- Богом клянусь...
Но не успел кончить, потому что зал ответил ему негодующим криком.
Никанор Иванович заморгал глазами и замолчал.
- Нету валюты? - спросил молодой человек, с любопытством глядя на
Никанора Ивановича.
- Нету! - ответил Босой.
- Так, - отозвался молодой человек, - а откуда же появились триста
долларов, которые оказались в сортире?
- Подбросил злодей переводчик! - со страстью ответил Босой и застыл от
удивления: зал разразился диким негодующим воплем, а когда он утих, молодой
человек сказал с недоумением:
- Вот какие басни Крылова приходится выслушивать! Подбросили триста
долларов! Все вы, валютчики! Обращаюсь к вам, как к специалистам! Мыслимое
ли дело, чтобы кто-нибудь подбросил триста долларов?
- Мы не валютчики, - раздались голоса в зале, - но дело это немыслимое.
- Спрошу вас, - продолжал молодой человек, - что могут подбросить?
- Ребенка! - ответил в зале кто-то.
- Браво, правильно! - сказал молодой человек, - ребенка могут
подбросить, прокламацию, но таких идиотов, чтобы подбрасывали триста
долларов, нету в природе!
И, обратившись к Никанору Ивановичу, молодой человек сказал печально:
- Огорчили вы меня, Никанор Иванович! А я на вас надеялся! Итак, номер
наш не удался.
Свист раздался в зале.