Библиотека одного автора

23 >

молебна  и  к  вечеру  в  курятниках  было  мертво  и  тихо,  лежала грудами
закоченевшая птица.
     На утро город встал, как громом  пораженный, потому что история приняла
размеры  странные и  чудовищные. На Персональной улице к полудню  осталось в
живых  только три  курицы,  в крайнем домике, где  снимал  квартиру  уездный
фининспектор, но и те издохли к часу дня. А к вечеру городок Стекловск гудел
и кипел, как улей,  и по нем катилось грозное слово "мор". Фамилия Дроздовой
попала в местную  газету  "Красный боец",  в статье под заголовком: "Неужели
куриная чума?", а оттуда пронеслось в Москву.

     * * * * *

     Жизнь  профессора Персикова  приняла окраску  странную,  беспокойную  и
волнующую. Одним словом, работать в такой обстановке было просто невозможно.
На  другой день  после того,  как он развязался с  Альфредом  Бронским,  ему
пришлось выключить у себя в кабинете  в институте телефон, снявши трубку,  а
вечером, проезжая в трамвае по Охотному ряду,  профессор  увидел самого себя
на крыше огромного дома  с черною надписью  "Рабочая газета". Он, профессор,
дробясь, и зеленея, и мигая, лез в ландо такси, а за ним, цепляясь за рукав,
лез  механический  шар  в  одеяле.  Профессор  на  крыше,  на белом  экране,
закрывался кулаками  от фиолетового луча.  Засим выскочила огненная надпись:
"Профессор  Персиков,  едучи  в авто,  дает  объяснение  нашему  знаменитому
репортеру  капитану  Степанову". И точно:  мимо  храма Христа, по  Волхонке,
проскочил зыбкий  автомобиль и в  нем барахтался профессор, и  физиономия  у
него была, как у затравленного волка.
     - Это  какие-то черти, а  не люди, - сквозь зубы пробормотал  зоолог  и
проехал.
     Того же числа вечером, вернувшись к себе на Пречистенку, зоолог получил
от экономки,  Марьи Степановны, 17 записок с номерами телефонов, кои звонили
к нему во время его отсутствия, и словесное заявление  Марьи Степановны, что

Следующая

23 >