Михаил Булгаков. Роковые яйца -
34 >
клочьями, полз струей, выскакивала огненная надпись: "Сожжение куриных
трупов на Ходынке".
Слепыми дырами глядели среди бешено пылающих витрин магазинов,
торгующих до 3 часов ночи, с двумя перерывами на обед и ужин, заколоченные
окна под вывесками: "Яичная торговля. За качество гарантия". Очень часто,
тревожно завывая, мимо милиционеров проносились шипящие машины с надписью:
"Мосздравотдел. Скорая помощь".
- Обожрался еще кто-то гнилыми яйцами, - шуршали в толпе.
В Петровских линиях зелеными и оранжевыми фонарями сиял знаменитый на
весь мир ресторан "Ампир", и в нем на столиках, у переносных телефонов,
лежали картонные вывески, залитые пятнами ликеров: "По распоряжению - омлета
нет. Получены свежие устрицы".
В Эрмитаже, где бусинками жалобно горели китайские фонарики в неживой,
задушенной зелени, на убивающей глаза своим пронзительным светом эстраде
куплетисты Шрамс и Карманчиков пели куплеты, сочиненные поэтами Ардо и
Аргуевым:
Ах, мама, что я буду делать
Без яиц??. -
и грохотали ногами в чечетке.
Театр покойного Всеволода Мейерхольда, погибшего, как известно, в 1927
году при постановке пушкинского "Бориса Годунова", когда обрушились трапеции
с голыми боярами, выбросил движущуюся разных цветов электрическую вывеску,
возвещавшую пьесу писателя Эрендорга "Курий дох" в постановке ученика
Мейерхольда, заслуженного режиссера республики Кухтермана. Рядом, в
Аквариуме, переливаясь рекламными огнями и блестя полуобнаженным женским
телом, в зелени эстрады, под гром аплодисментов, шло обозрение писателя
Ленивцева "Курицыны дети". А по Тверской, с фонариками по бокам морд, шли
вереницею цирковые ослики, несли на себе сияющие плакаты: «В театре Корш
возобновляется "Шантеклэр" Ростана».
Мальчишки-газетчики рычали и выли между колес моторов:
- Кошмарная находка в подземелье! Польша готовится к кошмарной войне!!.