Михаил Булгаков. Роковые яйца -
52 >
Александр Семенович оставил флейту и вышел на веранду.
- Маня, ты слышишь!? Вот проклятые собаки... Чего они, как ты думаешь,
разбесились?
- Откуда я знаю? - ответила Маня, глядя на луну.
- Знаешь, Манечка, пойдем посмотрим на яички, - предложил Александр
Семенович.
- Ей-богу, Александр Семенович, ты совсем помешался со своими яйцами и
курами. Отдохни ты немножко!
- Нет, Манечка, пойдем.
В оранжерее горел яркий шар. Пришла и Дуня с горящим лицом и блестящими
глазами. Александр Семенович нежно открыл контрольные стекла, и все стали
поглядывать внутрь камер. На белом асбестовом полу лежали правильными рядами
испещренные пятнами ярко-красные яйца, в камерах было беззвучно... а шар
вверху в 15000 свечей тихо шипел.
- Эх, выведу я цыпляток! - с энтузиазмом говорил Александр Семенович,
заглядывая то с боку в контрольные прорези, то сверху, через широкие
вентиляционные отверстия, - вот увидите... Что? Не выведу?
- А вы знаете, Александр Семенович, - сказала Дуня, улыбаясь, - мужики
в Концовке говорили, что вы антихрист. Говорят, что ваши яйца дьявольские.
Грех машиной выводить. Убить вас хотели.
Александр Семенович вздрогнул и повернулся к жене. Лицо его пожелтело.
- Ну, что вы скажете? Вот народ! Ну что вы сделаете с таким народом? А?
Манечка, надо будет им собрание сделать... Завтра вызову из уезда
работников. Я им сам скажу речь. Надо будет вообще тут поработать... А то
это медвежий какой-то угол...
- Темнота, - молвил охранитель, расположившийся на своей шинели у двери
оранжереи.
Следующий день ознаменовался страннейшими и необъяснимыми
происшествиями. Утром, при первом же блеске солнца, рощи, которые
приветствовали обычно светило неумолчным и мощным стрекотанием птиц,
встретили его полным безмолвием. Это было замечено решительно всеми. Словно