Михаил Булгаков. Роковые яйца -
65 >
скажешь прямо, что он - свинья. Скажи, что я так, профессор Персиков, так и
сказал. И пакет ему отдай.
"Хорошенькое дело..." - подумал бледный Панкрат и убрался с пакетом.
Персиков бушевал.
- Это черт знает что такое, - скулил он, разгуливая по кабинету и
потирая руки в перчатках, - это неслыханное издевательство надо мной и над
зоологией. Эти проклятые куриные яйца везут грудами, а я два месяца не могу
добиться необходимого. Словно до Америки далеко! Вечная кутерьма, вечное
безобразие. - Он стал считать по пальцам: - Ловля... ну, десять дней самое
большее, ну, хорошо - пятнадцать... ну, хорошо, двадцать и перелет два дня,
из Лондона в Берлин день... Из Берлина к нам шесть часов... какое-то
неописуемое безобразие...
Он яростно набросился на телефон и стал куда-то звонить.
В кабинете у него было все готово для каких-то таинственных и
опаснейших опытов, лежала полосами нарезанная бумага для заклейки дверей,
лежали водолазные шлемы с отводными трубками и несколько баллонов, блестящих
как ртуть, с этикеткою "Доброхим", "не прикасаться" и рисунками черепа со
скелетными костями.
Понадобилось по меньшей мере три часа, чтоб профессор успокоился и
приступил к мелким работам. Так он и сделал. В институте он работал до
одиннадцати часов вечера и поэтому ни о чем не знал, что творится за
кремовыми стенами. Ни нелепый слух, пролетевший по Москве, о каких-то змеях,
ни странная выкрикнутая телеграмма в вечерней газете ему остались
неизвестны, потому что доцент Иванов был в художественном театре на "Федоре
Иоанновиче", и, стало быть, сообщить новость профессору было некому.
Персиков около полуночи приехал на Пречистенку и лег спать, почитав еще
на ночь в кровати какую-то английскую статью в журнале "Зоологический
вестник", полученном из Лондона. Он спал, да спала и вся вертящаяся до